Admmokrassovet.ru

Финансовый журнал
0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Аудиозапись как доказательство в уголовном процессе

Являются ли аудиозапись и видеозапись доказательствами в суде?

  • Аудио- и видеозапись как доказательство в гражданском процессе
  • Аудио- и видеозапись как доказательство в арбитражном процессе
  • Аудио- и видеозапись как доказательство в административном судопроизводстве и производстве по делам об административных правонарушениях
  • Аудио- и видеозапись как доказательство в уголовном процессе

On the Record: когда суд примет во внимание аудиозапись?

Конституция гарантирует неприкосновенность личной жизни и в то же время дает право защищаться всеми законными способами. Судам приходится находить грань между двумя нормами, оценивая аудиозаписи одной из сторон спора. Закон предъявляет к ним и другие требования, которые могут зависеть от вида процесса – гражданского, арбитражного, уголовного. Есть и аудиопротоколирование, которое может вести сам суд. Какую роль эти доказательства могут сыграть в отдельно взятых делах?

В декабре 2016 года Верховный суд разрешил ссылаться на аудиозапись телефонного разговора, сделанную без ведома собеседника. Случилось это в деле в деле № 5-КГ16-18, в котором истица Анна Стаханова* требовала возврата 1,5 млн руб. займа и почти столько же процентов с супругов Евгении и Игоря Белых*. Заем в свое время оформили на мужа, но требовался он для бизнеса жены, поэтому Стаханова указала в заявлении обоих ответчиков. Общность долга она решила подтвердить аудиозаписью телефонного разговора с Евгенией Белых. Но Тверской областной суд не смог установить, относится ли к делу это доказательство, поскольку «носитель процессуально не оформлен, нет указаний, где, кем и при каких условиях производилась запись», и к тому же сама Белых не давала на это согласия (определение 33-798 от 16 февраля 2016 года). Нельзя помимо воли распространять сведения о личной или семейной тайне, объяснил облсуд.

Здесь запрет не работает, возразил Верховный суд и объяснил, почему: запись вела одна из участниц разговора, а сам он касался обстоятельств договора между ними. Дело отправилось на новое рассмотрение (см. «Больше ни звука: будет ли доказательством аудиозапись, сделанная без уведомления, решал ВС»). С одной стороны, ст. 24 Конституции запрещает собирать, хранить и использовать информацию о частной жизни лица без его согласия, комментирует адвокат Курбан Магомедов из АБ «Адвокат Про». С другой стороны, ч. 2 ст. 45 дает право защищать свои права и свободы всеми законными способами, цитирует Магомедов. Поэтому, продолжает он, судебная практика предъявляет к таким доказательствам несколько требований:

  • аудиозаписи должны быть необходимы для защиты нарушенного права;
  • вести запись должно то самое лицо, право которого нарушено;
  • из устройства для записи можно извлечь носитель (карту памяти) на случай, если нужно провести экспертизу.

Говорим «аудиозапись» – подразумеваем «экспертиза»: именно она подтверждает, что содержанию файла можно верить. В деле Стахановой и Белых может быть поставлен вопрос о достоверности тайной записи, тогда суду придется и с этим разбираться, рассуждает адвокат Вадим Клювгант, член Совета АП Москвы. Поэтому он пока не считает очевидной судьбу их спора, хотя признает, что позицию ВС «можно понять».

Вопрос экспертизы аудиофайла может быть поставлен не только в гражданском, но и в арбитражном, и в уголовном процессе. Но отношение к нему и вообще к такому виду доказательств во многом зависит от специфики отрасли.

Гражданский процесс: точность подхода

Гражданский процессуальный кодекс прямо называет аудио- и видеозаписи в числе доказательств. Как показывает сервис Caselook, с их помощью чаще всего подтверждают долги по займам и зарплате, а иногда – наличие договора, не заключенного письменно (к примеру, трудового). Подобные доказательства используются и в некоторых делах об административных правонарушениях.

Ст. 77 Гражданского процессуального кодекса обязывает указать, когда, кем и в каких условиях проводились аудиозаписи. Эти сведения приводятся в ходатайстве о приобщении или истребовании записей, говорит директор юргруппы «Яковлев и Партнеры» Анастасия Рагулина.

Из записей должно быть ясно, кто ведет беседу и о чем, чтобы у суда не оставалось сомнений, что речь идет о том самом обязательстве между теми же сторонами. Если связь неочевидна, доказательство отклоняется. Диалоги должны быть как можно более информативны. Это ясно на примере дела № 2-926/2016 [2-5566/2015], в котором Игорь Четверях* отбивался от требований Петра Быквенко* вернуть долг по расписке. Ответчик настаивал на том, что отдал деньги, но оригинал расписки не получил. Свои слова он подтвердил аудиозаписью беседы с Быквенко. Тот возражал против использования этого доказательства: во-первых, он не давал согласия на фиксацию разговора, во-вторых, утверждал, что речь шла о другом долге – за пользование нежилым помещением. Договор на его аренду Быквенко предъявил суду.

Судья Первореченского районного суда Владивостока Ольга Бурдейная встала на сторону ответчика и отклонила иск. Суммы и даты, о которых идет речь, соответствуют договору займа, а в договоре аренды они совсем другие, пояснила она. Четверях имел право записывать беседу, поскольку сам принимал в ней участие. А Быквенко подтвердил разговор и не ставил под сомнение подлинность аудиозаписи, отметила Бурдейная. Апелляция согласилась с этими выводами.

Арбитражный процесс: что написано пером

В арбитражном процессе «царь» доказательств – документ, поэтому аудиозаписи не получили широкого распространения. Если письменные доказательства противоречат записанным разговорам – суд склонен отдавать предпочтение бумагам, как показывает пример дела № А34-2244/2015, в котором ООО «Джемир-Курган» требовало от «Профессиональной финансовой индустрии» 1 млн руб. долга за проданный товар. Поскольку накладные были подписаны неуполномоченным лицом, истец решил подтвердить поставку аудиозаписью. Ее суд счел недопустимым доказательством, поскольку передача товара должна подтверждаться документами. А такие бумаги, как акт сверки, как раз говорили о том, что спорных поставок не было. Поэтому суды отклонили требования истца.

Впрочем, все зависит от категории дела и цели доказывания. В деле № А63-8951/2015 о продаже контрафактных раскрасок «Маша и медведь» 16-й Арбитражный апелляционный суд сформулировал, что «видеозапись (скрытая съемка) является надлежащим доказательством по делу, подтверждающим получение сведений о фактах, на основании которых арбитражный суд делает вывод, обоснованы ли требования истца».

Аудиозапись ведет и сам суд – согласно п. 1 ст. 155 Арбитражного процессуального кодекса, это основной метод протоколирования судебных заседаний. П. 7 этой статьи дает участникам процесса право прослушать файл суда и принести на него свои замечания. К ним можно приложить свою запись того же самого процесса. Кроме того, если голоса на аудиопротоколе очень плохо различимы, есть серьезные помехи или вовсе тихо – это серьезное основание отменить решение суда. Но ситуации бывают и более интересные.

В деле № А32-19655/2015 судебный протокол «помог» компании «Южный арсенал» добиться пересмотра дела о налоговом правонарушении. Когда слушания в АС Краснодарского края возобновились после перерыва, заявитель представил новые доказательства. Судья Анна Хмелевцева приняла их, но тут же не исследовала. Затем, по словам заявителя, она сообщила, «что не определилась, объявит еще один перерыв или сообщит о решении по телефону». Но так и не позвонила, хотя в итоге написала решение об отказе – гораздо позже положенного срока. Юристы «Южного арсенала», ознакомившись с делом, обнаружили, что аудиопротокола в деле нет, и оспорили решение Хмелевцевой в Арбитражном суде Северо-Кавказского округа. «С помощью аудиозаписи могли бы быть зафиксированы сведения, важные для принятия судебного акта», – указала в жалобе компания, и кассация с ней согласилась. Дело было отправлено на пересмотр. Если на первом круге «Южный арсенал» потерпел поражение, то во второй раз Хмелевцева частично удовлетворила его требования.

Гражданский и уголовный процесс: призрачные протоколы

Если в арбитражном процессе аудиозаписи обязательны, суды могут изучать их и ссылаться, то в судах общей юрисдикции ситуация иная. ГПК предусматривает запись лишь при технической возможности, УПК – использование для полноты протокола «технических средств». Наиболее острой проблемой в уголовном процессе Клювгант считает отказ судов вести аудиопротоколирование заседаний и их нежелание признавать доказательством такую запись, сделанную защитой. По его словам, уже давно были подготовлены изменения в УПК о том, что суд обязан вести аудиозапись процесса, «но законопроект, как водится, где-то застрял».

Если точнее – первое чтение он прошел в октябре 2014 года, спустя два года назначили ответственный за доработку комитет, и с тех пор новостей нет. Между тем суды общей юрисдикции получали аппаратуру в рамках второй и третьей целевых программ «Развитие судебной системы России», которые были утверждены еще в 2006 и 2012 годах. Тем не менее, отмечало Правительство в 2014 году, аудиосистемами оснащено лишь 40% судов общей юрисдикции, видеосистемами – около 10%. «В казне были выделены деньги на оборудование для аудиозаписи в залах судебных заседаний, только оно почему-то там не используется», – комментирует Клювгант.

Читать еще:  Куда платить земельный налог физических лиц

Из документации к законопроекту следует, что процесс технического оснащения растянется еще на несколько лет – завершить его планируют в ходе выполнения программы «Развитие судебной системы России на 2013–2020 годы». Кроме того, в марте 2016 года Госдума приняла в первом чтении два законопроекта о видеосъемке судебных заседаний. Она станет обязательной с 1 января 2018 года для федеральных судов и с 1 января 2019 года – для мировых судей, если даты не поменяются ко второму чтению. Тогда же надо будет определиться, имеет ли видеозапись такое же доказательственное значение, как и письменный протокол, и может ли ее отсутствие вести к отмене решения суда, пояснял первый зампредседатель Комитета ГД по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству Сергей Фабричный. Пока видеозаписи – единичная практика: видеопротоколы и трансляции ведет, например, Мосгорсуд. 15 декабря 2016 года трансляцию впервые провел Дорогомиловский районный суд.

Всеобщие изменения назрели, поскольку быват, что протокол заседания не соответствует тому, что на нем происходило, отмечает управляющий партнер адвокатской конторы «Бородин и Партнеры» Сергей Бородин. По его мнению, в законе достаточно закрепить два простых положения:

  • суд обязан вести аудиозапись;
  • она является приложением к протоколу судебного разбирательства (это позволит сторонам с ними знакомиться и автоматически снимает ряд вопросов о его надлежащем заполнении).

Пока же защите, недовольной содержанием протокола, остается лишь ходатайствовать о приобщении к делу собственной аудиозаписи заседания. Правда, суд может не увидеть в этом необходимости, поскольку протокол ведется «полно и правильно», рассказывает Бородин. Если технические средства использует суд, то он обеспечивает полноту протокола судебного заседания, а вот защитник может фиксировать процесс исключительно для удобства своей работы, объясняет логику Бородин. Он также цитирует определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда от 16 июня 2015 года № 14-АПУ15-3СП. Из него следует, что аудиозапись защиты – это не повод ставить под сомнение содержание протокола. Ведь ее вела только одна из сторон в процессе. А это с учетом состязательности процесса и заинтересованности «не гарантирует полноту, объективность и достоверность аудиоинформации».

Уголовный процесс: достоверность и допустимость

В силу очевидных причин аудио- и видеозаписи получили распространение именно в уголовном процессе. По коррупционным составам и делам о вымогательстве аудиозапись является весомым аргументом при установлении вины, приводит пример Дарья Константинова, партнер бюро «Забейда, Касаткин, Саушкин и партнеры». Такие доказательства все чаще предлагают не только правоохранительные органы, но и граждане, и их защитники, делится адвокат, председатель комиссии защиты прав адвокатов Алексей Иванов. Это могут быть данные с видеорегистраторов, записи уличных камер и тому подобное, перечисляет он.

Чтобы запись можно было использовать в суде, нужно установить ее подлинность, рассказывает Рагулина. Подтвердить ее может эксперт, который устанавливает невозможность монтирования или подделки в целом. Также важны привязки к месту и времени, продолжает Рагулина. Запись следует как можно быстрее направить следственной группе и уделить внимание ее оформлению – или протоколом выемки, или приложением к протоколу допроса, советует руководитель «Яковлева и партнеров».

Кроме достоверности, проверяют еще и соблюдение всех требований законодательства при получении аудио- и видеозаписей (в том числе в ходе оперативно-разыскной деятельности), говорит Клювгант. При этом надо помнить, что защита вправе использовать все способы, не запрещенные законом, а сторона обвинения может делать лишь то, что ей прямо разрешает закон, подчеркивает адвокат. Следователь или суд могут признать запись недопустимой [полученной с нарушением УПК – «Право.ru»], но это, как правило, связано с невозможностью убедиться в ее подлинности и достоверности, продолжает Константинова. По ее словам, запись потерпевшего или иного лица, так называемая «инициативка», по сложившейся практике признается допустимым доказательством. «Бывали случаи, когда фигурант сам записывал свои незаконные действия, потом это находили во время обыска и использовали как доказательство», – делится Константинова.

Иванов, наоборот, считает, что приобщить аудио- или видеоматериал к уголовному делу непросто, однако есть разные способы этому противостоять: например, использовать заключение специалиста. Но даже если запись попала в дело – это не гарантия того, что ее примут во внимание при вынесении итогового решения, отмечает Иванов. Его печалит и то, что адвокат, в отличие от следователя, лишен возможности фиксировать следственные действия. Если защитник сделает запись в тайне от следователя, она не будет иметь перспектив «по самым разнообразным и абсурдным основаниям», сетует Иванов. А ведь она могла бы решить многие проблемы, например, помочь бороться с незаконным давлением (нередко признательные показания «вымогаются» под угрозой заключения в СИЗО, и так далее).

Тайную диктофонную запись можно использовать как доказательство в суде

Во многих ситуациях диктофонная запись является чуть ли не единственной возможностью доказать факт оскорбительных высказываний, унижающего обращения или вымогательства денег. Особенно сложно собрать доказательства, если события происходят во время приватного общения родителя и педагога или на уроке, где единственные свидетели это маленькие дети.

До настоящего времени существовала неоднозначная судебная практика в отношении признания тайной диктофонной записи в качестве допустимого доказательства. По умолчанию тайная запись разговоров является посягательством на неприкосновенность частной жизни. Несанкционированная запись частных разговоров считалась недопустимым доказательством, полученным с нарушением закона.

В декабре 2016 года было принято определение Верховного суда РФ, в котором Верховный суд допускает возможность вести и использовать в качестве доказательства в суде тайную диктофонную запись, если ее содержание затрагивает права и интересы участника беседы.

Это не означает, что запись приватного разговора, о котором не знает вторая сторона, можно распространять любыми способами. Также недопустимо записывать разговоры, которые не относятся лично к тому, кто ведет запись. Такие действия являются уголовно наказуемыми. Речь лишь о возможности использовать запись в суде.

Например, грубым нарушением прав и недопустимым доказательством будет тайная запись рассказа о содержании авторской методики педагога или запись беседы с родителем, который упоминает подробности семейной жизни. Недопустимо тайно оставлять диктофон в помещении, где могут вестись разговоры на любые темы.

Однако тайно записать собственный разговор, который непосредственно затрагивает права и интересы, по мнению Верховного суда РФ, является возможным. Если запись приватного разговора может служить доказательством противоправных действий, либо ели разговор ведется с лицом, которое исполняет служебные обязанности или в общественном месте, отсулки к защите частной жизни можно оспорить. Частная жизнь по определению Конституционного суда это «область жизнедеятельности человека, которая относится к отдельному лицу, касается только его и не подлежит контролю со стороны общества и государства, если носит непротивоправный характер».

Диктофонная запись будет принята в качестве доказательства в суде, если следовать рекомендациям

Истец должен подать ходатайство в письменном виде о приобщении диктофонной записи к делу. При этом важно указать, как этого требует статья 77 ГПК РФ, «когда, кем и в каких условиях осуществлялась запись». В ходатайстве желательно расписать максимально подробно:

  • кто производил аудиозапись,
  • кому принадлежат участвующие в разговоре голоса,
  • день, точное время записи,
  • местоположение (адрес, название организации, место вне помещения),
  • наименование устройства, на которое производилась запись (марка, модель, номер),
  • формат, в котором производилась запись,
  • какие изменения исходного файла производились в процессе перезаписи (конвертация формата, переименования и т.п.)
  • сохранился ли оригинал файла на первичном носителе/диктофоне.

Важно подчеркнуть, что запись разговора произведена в целях самозащиты своих прав, на основании ст.12 ГК РФ. Непосредственно в ходатайстве стоит указать на обстоятельства, существенные для дела, которые могут быть подтверждены диктофонной записью.

Запись может быть приложена на CD-диске, при этом желательно приложить к диктофонной записи ее текстовую расшифровку. Если у суда возникают сомнения, дополнительно может потребоваться проведение экспертизы на предмет отсутствия следов монтажа и идентификации голосов.

Читать еще:  В каком загсе регистрировать ребенка

Что говорит закон о допустимости диктофонной записи в качестве доказательства

«Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами» (статья 60 ГПК РФ)

Лицо, представляющее аудио- и (или) видеозаписи на электронном или ином носителе либо ходатайствующее об их истребовании, обязано указать, когда, кем и в каких условиях осуществлялись записи (статья 77 ГПК РФ).

«Доказательства, полученные с нарушением требований настоящего Кодекса, являются недопустимыми. Недопустимые доказательства не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств» (статья 75 УПК РФ)

Как интерпретировал Верховный суд использование в качестве доказательства тайной диктофонной записи

В обоснование недопустимости аудиозаписи телефонного разговора суд сослался на пункт 8 статьи 9 Федерального закона № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и защите информации», согласно которому запрещается требовать от гражданина (физического лица) предоставления информации о его частной жизни, в том
числе информации, составляющей личную или семейную тайну, и получать такую информацию помимо воли гражданина (физического лица), если иное не предусмотрено федеральными законами.

По мнению апелляционной инстанции, запись разговора между истицей и ответчицей была сделана первой без уведомления о фиксации разговора, а потому такая информация получена помимо воли Ш., что недопустимо в силу вышеприведенной нормы закона.

При этом не было учтено, что запись телефонного разговора была произведена одним из лиц, участвовавших в этом разговоре, и касалась обстоятельств, связанных с договорными отношениями между сторонами. В связи с этим запрет на фиксацию такой информации на указанный случай не распространяется.

Аудиозапись как доказательство в суде

Что такое аудиозапись? Можно ли пользоваться аудиосредствами для фиксации переговоров без уведомления его участников? Что делать если суд отказывает в принятии аудиозаписи в качестве доказательства?

Что такое аудиозапись?

Аудиозапись — это запись звука на электронном или механическом носителе, сделанная с помощью тех или иных технических средств, а также процесс создания такой записи. Средства записи звуковой информации являются неотъемлемой частью повседневной жизни: видеокамера; автомобильный видеорегистратор; мобильный телефон или телефонный автоответчик с функцией записи разговоров; диктофон. Аудиозапись, произведенная надлежащим образом, может явиться допустимым доказательством в не меньшей степени, чем подпись в документе.

Можно ли пользоваться аудиосредствами для фиксации переговоров без уведомления его участников?

Поскольку законом не предусмотрены ограничения по применению средств аудиофиксации, то вполне возможно воспользоваться аудиосредствами для фиксации деловых переговоров, но с некоторыми ограничениями: звукозапись должна производиться одним из участников переговоров и по его же инициативе; тема разговора не должна касаться личной жизни; для записи не должны использоваться специальные технические средства, предназначенные для негласного получения информации (шпионские атрибуты, «жучки»).

В соответствии со статьей 12 Конституции Республики Казахстан в Республике Казахстан признаются и гарантируются права и свободы человека в соответствии с Конституцией. Согласно пунктам 1, 2 статьи 18 Конституции каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и достоинства. Каждый имеет право на тайну личных вкладов и сбережений, переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений. Ограничения этого права допускаются только в случаях и в порядке, прямо установленных законом. Законодательство устанавливает право на прослушивание и запись переговоров и разговоров без уведомления сторон только для органов дознания, следствия, прокуратуры

В соответствии с пунктом 4 статьи 78 Гражданского процессуального кодекса Республики Казахстан не могут быть использованы в качестве доказательств результаты скрытного применения научно-технических средств, за исключением случаев, когда такое применение допускается законом. Фактически произведенная скрытно диктофонная запись (аудиозапись) является вмешательством в частную жизнь, так как на диктофон записываются частные разговоры. Таким образом, согласно требованиям указанных норм аудиозапись, производимая неуполномоченным лицом, должна быть гласной, то есть должна быть объявлена до начала ее применения.

Также во время переговоров рекомендуется озвучить фамилию, имя, отчество и должность того лица, с которым ведутся переговоры и указать полное наименование и юридический адрес организации, с которой осуществляются переговоры. Указанная процедура является необходимой, в том случае если, аудиозапись будет использоваться лицом в судебном разбирательстве, так как указанная процедура поможет суду определить принадлежность голоса на аудиозаписи определенному лицу.

Таким образом, закон не ограничивает граждан в применении средств аудиофиксации в переговорах с их участием, но для того, чтобы соблюсти конституционные права участников переговоров, лицу, осуществляющему аудиофиксацию необходимо поставить в известность всех участников об указанном факте, а также осуществить вышеизложенные действия.

Можно ли использовать аудиозапись в качестве доказательства в суде?

Поскольку Гражданский процессуальный кодекс допускает в качестве доказательства аудиоматериалы, то вполне возможно воспользоваться аудиосредствами для фиксации переговоров.

Если лицо является участником судебного процесса и ходатайствует перед судом о приобщении к материалам дела аудиозаписи, которая, по его мнению, содержит важную информацию по делу, в данном случае указанную аудиозапись еще нельзя считать допустимым доказательством, так как признание указанной записи доказательством возложено на суд. Признать аудиозапись доказательством суд может только после того как убедится в ее относимости, допустимости и достоверности.

Согласно пункту 1 статьи 63 Гражданского процессуального кодекса доказательствами по делу являются полученные законным способом фактические данные, на основе которых в предусмотренном законом порядке суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела.
В соответствии со статьей 68 Гражданского процессуального кодекса каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности — достаточности для разрешения гражданского дела. Согласно статье 16 Гражданского процессуального кодекса судья оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению.

Для того чтобы суд оценил аудиозапись с точки зрения относимости, он должен убедиться в том, что аудиозапись содержит данные, которые связаны с подлежащими установлению фактами, которые могут подтвердить или опровергнуть их. Лицо, представившее аудиозапись в качестве доказательства, в свою очередь должно предоставить информацию, указывающую на те обстоятельства, которые могут быть установлены с помощью представленной аудиозаписи.

Оценка аудиозаписи с точки зрения допустимости производится судом, который признает аудиозапись допустимой, если она получена без нарушения норм действующего законодательства. В связи с этим лицо, приобщающее к материалам дела аудиозапись, обязано указать, когда, кем и в каких условиях она была осуществлена.

Последний этап оценки аудиозаписи производится судом с точки зрения ее достоверности, то есть суд производит сопоставление соответствия записанной на носителе информации и действительности происходившего спорного события. В свою очередь лицу, предоставившему звукозапись целесообразно одновременно с аудиозаписью предоставить суду стенограмму, то есть дословное содержание записанного разговора. В целях проверки достоверности судом по собственной инициативе либо по ходатайству одной из сторон спора может быть назначена экспертиза для подтверждения подлинности произведенной звукозаписи.

Что делать если суд отказывает в принятии аудиозаписи в качестве доказательства?

В случае отказа судом в принятии аудиозаписи в качестве доказательства, он должен обосновывать свои доводы на основании статьи 66 Гражданского процессуального кодекса. Указанной статьей установлено право суда не принимать доказательства, являющихся недопустимыми. Представленная аудиозапись будет соответствовать признакам недопустимого доказательства, если судом будут установлены факты получения представленного доказательства незаконным путем, факты нарушения и стеснения гарантированных прав лиц, участвующих в деле, а также если указанная аудиозапись была получена с нарушением гражданского процесса, тогда суд вправе отказать в принятии представленной аудиозаписи и принять решение о ее недопустимости.

В том случае, если суд, мотивирует непринятие аудиозаписи отсутствием возможности идентифицировать голоса лиц, участвующих в диалоге на аудиозаписи, возможным вариантом выхода из сложившейся ситуации может служить обращение к суду с ходатайством о проведении экспертизы аудиозаписи на предмет отсутствия следов монтажа и идентификации голосов.

Если в заключении выводы эксперта будут указывать на достоверность звукозаписи, а также на наличие голосов участников процесса, зафиксированных предоставленной аудиозаписью, и если указанная аудиозапись получена в соответствии с требованиями гражданского процессуального законодательства, в результате представленная аудиозапись может быть принята судом в качестве доказательства и приобщена к материалам гражданского дела.

Читать еще:  Где регистрировать ребенка после рождения

Правила комментирования

Эти несложные правила помогут Вам получать удовольствие от общения на нашем сайте!

Для того, чтобы посещение нашего сайта и впредь оставалось для Вас приятным, просим неукоснительно соблюдать правила для комментариев:

Сообщение не должно содержать более 2500 знаков (с пробелами)

Языком общения на сайте АиФ является русский язык. В обсуждении Вы можете использовать другие языки, только если уверены, что читатели смогут Вас правильно понять.

В комментариях запрещаются выражения, содержащие ненормативную лексику, унижающие человеческое достоинство, разжигающие межнациональную рознь.

Запрещаются спам, а также реклама любых товаров и услуг, иных ресурсов, СМИ или событий, не относящихся к контексту обсуждения статьи.

Не приветствуются сообщения, не относящиеся к содержанию статьи или к контексту обсуждения.

Давайте будем уважать друг друга и сайт, на который Вы и другие читатели приходят пообщаться и высказать свои мысли. Администрация сайта оставляет за собой право удалять комментарии или часть комментариев, если они не соответствуют данным требованиям.

Редакция оставляет за собой право публикации отдельных комментариев в бумажной версии издания или в виде отдельной статьи на сайте www.aif.ru.

Если у Вас есть вопрос или предложение, отправьте сообщение для администрации сайта.

Доказательства детективов могут стать обязательными в уголовном судопроизводстве

Почти 90 процентов российских адвокатов, которые обращаются к частному сыщику за оказанием детективных услуг, не могут использовать полученные сведения в суде — такие доказательства чаще всего не принимаются. Отсутствие в Уголовно-процессуальном кодексе РФ конкретной нормы, регламентирующей полномочия детективов, не способствует объективному расследованию уголовного дела — исправить эту ситуацию призван соответствующий законопроект (есть в распоряжении «Парламентской газеты»), который будет внесёт на рассмотрение палаты в ближайшее время.

Почему улики сыщиков не приобщают к делу?

Законопроект направлен на устранение пробела в Уголовно-процессуальном кодексе (УПК) РФ в части, касающейся использования в доказывании по уголовному делу результатов частной детективной деятельности, пояснил автор документа, член думского Комитета по безопасности и противодействию коррупции Анатолий Выборный. «Цель законопроекта — чтобы доказательствами по делу в рамках уголовного судопроизводства могли быть результаты детективной деятельности, чтобы их оценивали одинаково, например, с показаниями свидетелей. Расширяя полномочия детективов, мы придаём совершенно другой вес результатам деятельности сыщиков», — рассказал депутат.

Дело в том, что сегодня следователи и суды оставляют решение о принятии доказательств на своё усмотрение, фактически их принимают крайне редко. В тексте проекта закона отмечается, что чаще всего органы расследования отказывали в удовлетворении ходатайств о приобщении результатов частной детективной деятельности к уголовному делу, поскольку УПК РФ не предусматривает использование в доказывании сведений, собранных частным детективом, — на эту причину приходится 55,8 процента случаев. Ещё 44,2 процента случаев отказа произошло из-за того, что частный детектив не наделён правом собирания и представления результатов частной детективной деятельности в уголовном судопроизводстве.

«Кроме того, данные опроса адвокатов свидетельствуют о том, что 89 процентов адвокатов, которые обращались к частному детективу за оказанием детективных услуг, испытывали трудности в использовании полученных от детектива сведений в доказывании. Поэтому вполне логично урегулировать этот вопрос в УПК РФ, так как он является предметом правового регулирования именно данного закона», — пояснил Выборный.

По его словам, необходимость устранения этого пробела подтверждает и законодательная практика по решению аналогичных вопросов в других сферах деятельности, в первую очередь оперативно-разыскной. Так, УПК РФ сегодня предусматривает возможность использовать в доказывании по уголовному делу результаты оперативно-разыскной деятельности, если они отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам. Аналогичным образом в законопроекте предлагается решить и проблему использования результатов работы сыщиков в уголовном судопроизводстве, тем более что объективных препятствий для этого нет, так как правовая природа результатов оперативно-разыскной и частной детективной деятельности по существу одинакова. Хотя бы потому, что и те, и другие получены в результате законной деятельности в целях защиты прав и интересов граждан.

Различие между ними состоит лишь в том, что результаты оперативно-разыскной деятельности получает государственный правоохранительный орган, результаты частной детективной деятельности — детективная организация; результаты оперативно-разыскной деятельности представляются участникам уголовного судопроизводства, а сыщиков — невластным участникам уголовного судопроизводства. «Однако указанные различия никак не влияют на решение вопроса об использовании результатов детективной деятельности в доказывании. Поэтому вполне логично будет законодательно закрепить в УПК РФ и возможность использования результатов частной детективной деятельности в доказывании по уголовному делу», — подчёркивается в пояснительной записке к законопроекту.

Пока же получается правовой алогизм — детектив есть, а результаты своей работы он представить не может, говорит Выборный.

В органах внутренних дел поддерживают инициативу

С необходимостью введения новеллы согласны не только сыщики, но и правоохранители. Согласно результатам социологического исследования, проведённого в пяти регионах страны, за предоставление возможности использования сведений, собранных частным детективом в доказывании, высказались 89,7 процента начальников органов внутренних дел, 65 процентов прокуроров, 52,7 процента следователей, 51,3 процента судей и 85 процентов частных детективов.

Важным аргументом в пользу предлагаемого законопроекта служит и законодательство государств — участников Содружества Независимых Государств: Модельный Уголовно-процессуальный кодекс государств содержит норму, согласно которой «материалы, полученные оперативно-разыскным путём или с использованием услуг частного детектива, допускаются в качестве доказательств лишь в том случае, если они получены в соответствии с законодательством, регулирующим осуществление оперативно-разыскной и частной детективной деятельности, а допрошенный судом свидетель подтвердил их подлинность.

За предоставление возможности использования сведений, собранных частным детективом в доказывании, высказались 89,7 процента начальников органов внутренних дел, 65 процентов прокуроров, 52,7 процента следователей, 51,3 процента судей и 85 процентов частных детективов.

Для восполнения этого пробела в законопроекте предлагается внесение изменений в статьи 5 и 89 УПК РФ, отметил Анатолий Выборный.

Наконец, поправки разъясняют значение термина «результаты частной детективной деятельности» и определяют обстоятельства, подлежащие рассмотрению по уголовному делу. Ими в том числе могут быть сведения о соучастниках преступления, их местонахождении; об очевидцах преступления; о месте нахождения предметов и орудий преступления; материалы, полученные в результате использования детективом видео- и аудиозаписи, фотосъёмки и так далее.

По словам Анатолия Выборного, принятие законопроекта будет способствовать тому, чтобы расследование в рамках уголовного дела было более полным и объективным. «Документ я планирую внести на рассмотрение Госдумы в самое ближайшее время», — сообщил парламентарий.

Этапы доказывания в уголовном процессе

Процесс доказывания — это деятельность, которая осуществляется лицами, наделенными данными полномочиями, и на основании УПК РФ, по установлению, познанию, допустимости доказательств для разрешения дела.

Процесс доказывания состоит из следующих этапов:

  • Сбор различных видов улик, которые официально прикрепляются к делу. Для сбора доказательств используется оперативно-розыскная деятельность, которая обнаруживает необходимую информацию, людей, приобщенных к делу и пр. Доказательства закрепляются в письменной форме; с помощью аудиозаписей, видеозаписей; изготовления слепков, следов; составления планов, схем; стенографирования.
  • Проверка доказательств. Перед предоставлением доказательств суду каждое из них должно быть достоверно и подвергаться тщательной проверке. Чтобы проверить достоверность доказательств, нужно соотнести их с другими уликами, удостовериться в источнике получения, найти новые доказательства, подтверждающие старые или которые будут более весомые по отношению к предыдущим. Также может быть составлено ходатайство об исключении доказательств, полученных с нарушением норм закона.
  • Оценка улик. Она основа на объективных фактах, логике и нормах права. Нужна для того, чтобы успешно разрешить дело. Человек, который занимается оценкой улик, должен объективно смотреть на все события, основываться на законах, не допускать собственной оценки на произошедшее или защиту только одной из сторон.
  • Доказательства в уголовном процессе позволяют верно раскрыть преступление, не умаляя прав сторон. Для этого участникам судопроизводства нужно знать свои права и обязанности, разбираться в видах улик, которые могут помочь в разрешении дела и защите их своих прав.

    голоса
    Рейтинг статьи
    Ссылка на основную публикацию
    ВсеИнструменты
    Adblock
    detector